Царскiй опричникъ № 5 (1999)
Руслан Бычков
Китайская стена России"Ах, если рождены мы всё перенимать,
Хоть у китайцев бы нам несколько занять
Премудрого у них незнанья иноземцев."
("Горе от ума")
1. ИСТОРИЯКонец XIX - начало ХХ вв. ознаменованы для Китая и имеющих свои интересы в нём европейских держав продолжительным и крайне ожесточённым восстанием т. наз. ихэтуаней (в Европе ему было присвоено название "боксёрское восстание"), направленным против чужеземного засилия в Китайской империи. "Боксёрское восстание" имело ряд характеристических черт, представляющих непосредственный интерес для темы настоящей работы, посему мы полагаем небезполезным привести в начале нашего изложения некоторую "выборку" исторических фактов. Все необходимые данные предоставлены нам свящ. Дионисием Поздняевым, подготовившим недавно обстоятельный труд по истории Русской Духовной миссии в Китае. Итак, место действия - Китай, время действия - "жаркое лето" 1900 г. по Р.Х.
Ихэтуаньское движение имело определённо антихристианский характер и для 222 православных китайцев, окормлявшихся Русской Духовной миссией в Пекине, обернулось мученической смертью. Вот свидетельство тогдашнего начальника миссии об этом: "Ещё накануне по всем улицам расклеены были прокламации, призывавшие язычников к избиению христиан и угрожавшие смертью каждому, кто осмелится их укрывать. В ночь с 11 на 12 июня боксёры с горящими факелами, появившись во всех частях Пекина, нападали на христианские жилища, хватали несчастных христиан и истязали их, заставляя отречься от Христа. Многие, в ужасе перед истязаниями и смертью, отрекались от Православия, чтобы спасти свою жизнь, и воскуряли фимиам перед идолами. Но другие, не страшась мучений, мужественно исповедовали Христа. Страшна была их участь. Им распарывали животы, отрубали головы, сжигали в жилищах. Розыски и истребление христиан продолжались и все последующие дни восстания. По истреблении жилищ христиан их самих выводили за городские ворота в языческие кумирни боксёров, где производили им допрос и сжигали на кострах. По свидетельству самих язычников-очевидцев, некоторые из православных китайцев встречали смерть с поразительным самоотвержением".
Будучи антихристианским и антиевропейским по целям, "боксёрское восстание" по применяемым средствам было магическим. Некий прот. Сергий Чан (сын первого китайца-священномученика Митрофания Цзигуня, убитого ихэтуанями) составил "материалы для актов мучеников в Китае", в коих, между прочим, сообщается следующее: "Главные, то есть настоящие боксёры, по степени своего обучения, или, вернее, способности экзальтироваться, разделяются на три класса. По поверию народному, которое разделяют в Китае все, начиная от государя и великих князей до простолюдинов, эти боксёры трёх высших степеней совершенно неуязвимы для меча и ружья. Они не имеют нужды пользоваться огнём, чтобы поджигать здания: достаточно только кому-либо из них указать на здание, и оно уже загорается само. Они призывали всех кричать ша - убивай (то есть христиан), и в то же время не было, кажется, ни одного человека, который не кричал бы ша".
Вывод, сделанный о. Сергием (Чан), представляет, по нашему сугубому рассуждению, особую важность: "Это было сообщество (речь идёт, конечно же, об ихэтуанях-"боксёрах" - Р. Б.), имевшее общинное устройство (общинный стол) и прельщавшее народ своим учением о сверхъестественных силах в целях возвышения Китая и уничтожения иностранцев <...> иностранцы именовались бесами, крещёные китайцы - исчадиями их, а некрещёные, но имевшие с ними сношение - вторыми исчадиями; на боксёров же смотрели как на воинство небесное".
2. ГЕОГРАФИЯСтоль яростная реакция Китая (который в описываемые времена ещё посильно старался держаться своей традиции) на внедрение чужеземных верований и элементов вплотную подводит нас к черте, характерной для всех более или менее полноценных сакральных цивилизаций, - а именно стремлению утвердить сакральный статус границ, призванных, причём желательно внешним, наглядно-вещественным образом отделить "чистое" от "нечистого" (другое дело, что понятия о "чистом" и "нечистом" в разных традициях могут различаться подчас до полной противоположности). Самый, пожалуй, знаменитый пример границ подобного рода - это прославленная (и ославленная) Китайская стена. Аналоги подобных сооружений имелись и в других традиционных цивилизациях. Одно из них - это т. наз. "траянов вал" - укреплённая граница Римской Империи на Дунае, призванная отделить "римские земли" от "земель варварских". Характерно, что современный историк-медиевист Жак Ле Гофф назвал как-то Траянов вал "Китайской стеной западного мiра"... И Российская Империя не является в данном отношении исключением в ряду священных цивилизаций древности и Средневековья. Для Русского религиозного сознания то, что лежит по ту и по эту стороны границы соотносится соответственно как "земли грешные" и "земли святые" (один из синонимов Русской земли в нашей литературе - Земля Святорусская). К сему следует заметить, что подобный тип сознания (а он был свойствен в России всем истинно-Русским людям от Государя и Великих Князей до простолюдинов) продержался у нас (в общем и целом при всех частных "искажениях") вплоть до Катастрофы 1917 года... Это ведь только после череды еврейских "буржуазно-пролетарских" революций Триэсерия ринулась очертя (в буквальном смысле) голову "догонять и перегонять Америку".
В доказательство вышесказанного, применительно к полюсу "простолюдинов" приведём свидетельство "от изящной словесности". Так, небезызвестный "бытописатель" А.Н.Островский в своей пиэсе "Гроза" выводит персонажем некую "странницу Феклушу", которая произносит среди прочего всего "по ходу пьесы" и такой монолог, который "тянет", по нашему, на полноценную лекцию по сакральной географии:
"Говорят, такие страны есть, милая девушка, где и царей-то нет православных, а салтаны землёй правят. В одной земле сидит на троне салтан Махмут турецкий, а в другой - салтан Махмут персидский; и суд творят они, милая девушка, надо всеми людьми, и, что ни судят они, всё неправильно. И не могут они, милая, ни одного дела рассудить праведно, такой уж им предел положен. У нас закон праведный, а у них, милая, неправедный".
Применительно же к полюсу Государя, можно процитировать, например, документ из последних лет существования Империи - данный 26 июля 1914 года Царский Манифест о войне с Австрией ("землёй неправедной"):
"Видит Господь, что не ради воинственных замыслов или суетной мiрской славы подняли Мы оружие, но ограждая достоинство и безопасность Богом хранимой Нашей Империи, боремся за правое дело...
Да благословит Господь Вседержитель Наше и союзное Нам оружие и да поднимется вся Россия на ратный подвиг с железом в руках, с крестом в сердце".
Это "они" - "страны грешные", борются ради суетной мiрской славы ("такой уж им предел положен"). Земля же Святорусская борется всегда и исключительно за Правое, за Божие Дело ("у нас закон праведный"). И Московская Русь и Императорская Россия (пусть и в разной степени) неуклонно стремились не допускать "нарушения границ" (в описанном выше, сакральном смысле) во исполнение слов Писания: "не прелагай предел вечных, яже положиша отцы твои" (Притч. 22, 28), ибо "кое бо причастие правде к беззаконию; или кое общение свету ко тьме; кое же согласие Христови с Велиаром; или кая честь верну с неверным; или кое сложение Церкви Божией со идолы; вы бо есте церкви Бога жива, якоже рече Бог: яко вселюся в них, и похожду, и буду им Бог, и тии будут мне людие. Темже изыдите от среды их и отлучитеся, глаголет Господь, и нечистоте не прикасайтеся: и Аз прииму вы: и буду вам во Отца, и вы будете Мне в сыны и дщери, глаголет Господь Вседержитель" (Кор. 6, 14-18). Другое дело, что в Московской Руси стремление не прикасаться к чужеземной скверне выглядело куда рельефнее. Воодушевительное описание сего оставил нам М.О.Меньшиков:
"Когда Олеарий с голштинским посольством в 1634 году из любопытства заходил в стоявшие по пути русские церкви - их тотчас же выводили назад и выметали за ними пол. То же свидетельствует Мейерберг в 1662 г. Иностранцев выводили вежливенько, "взявши за плечи", но настойчиво. Иноземцам в Москве не разрешалось иметь православных икон. Когда немецкий купец Карл Моллин купил в Москве у одного русского каменный дом, то прежний хозяин вынес все иконы, тщательно соскоблил с внутренних стен священные изображения и захватил с собою соскобленные остатки. Некоторые немцы для своей русской прислуги стали было приобретать православные иконы. Патриарх Филарет Никитич велел эти иконы отобрать, а русским у иноземцев не жить. Это был вовсе не фанатизм, ни политический, ни религиозный, а просто вполне здоровое чувство национальности и потребность оберечь эту святыню во всей её чистоте... "Чтобы христианским душам осквернения не было и без покаяния не помирали бы", уложение Царя Алексея Михайловича не только запрещает русским жить у иноземцев, но тех, кои учнут жить по крепостям или добровольно, велит сыскать и чинить им жестокое наказание, иноземцам же предписывает держать у себя одних иноземцев. Так как государству приходилось обращаться к услугам иностранцев, а денег иногда не было, чтобы платить им, то им давали поместья, однако за стеснение крестьян в вере Алексей Михайлович в 1653 году велел имения отбирать и "иноземцам всяких чинов людям вотчины свои продавать русским людям, а иноземцам некрещёным не продавать"... При Алексее Михайловиче помещиками могли быть только православные. Некрещёный иноземец не мог ни жениться на русской, ни дочь свою выдать за русского".
3. ИСТОРИЯ С ГЕОГРАФИЕЙНадеемся, что прежденаписанное позволило проницательному читателю усмотреть некую типологическую схожесть ситуации Православной России и "боксёрского" Китая,- а именно закономерность почвенной и своеземной реакции на "инфильтрацию" чужеземного. Всем этим мы нисколько не намерены "оправдывать" боксёров - они убивали и мучили "наших", и Православная Русская Империя, выполняя свой долг защитницы Вселенского Православия, не могла не вмешаться. Для Русских войск участие в подавлении "боксёрского восстания" было своего рода "Крестовым походом". Следует заметить и то, что сугубый драматизм всем этим "коллизиям" придало то обстоятельство, что перед нами не просто противление китайской "традиции" "импортируемому" Христианству - а то существенно различное положение, в котором Христианство и "китайская традиция" находятся по отношению к Изначальному Откровению. Православное Христианство есть "исполнение" Примордиальной Традиции, а "китайщина" есть существенное искажение и отклонение от "духа" и "буквы" Изначального Откровения в сторону "контр-традиции". Для пущего уяснения сего следует воспользоваться советом Честертона и призадуматься над тем, что в Китае такой традиционный персонаж как Дракон ("Древний Змий" - по-нашему) - есть существо однозначно положительное...(*) Но ведь между Традицией и контр-традицией, между Богослужением и демонопоклонничеством существует сходство - и именно типологическое (диавол ведь, как известно, "обезьяна Бога"). А стало быть то, что было нами сказано в п.1 о мистико-магической сути движения "боксёров" вполне применимо, с переменою духовного знака, для "наших задач", стоящих перед Русскими Православными на исходе ХХ в. по Р.Х. Ведь не иная какая, но наша Святая Земля ныне полонена бесоподобными чужеродами (среди коих в немалом числе присутствуют и злобесные хинове-китайцы (**)). Наша Земля стонет от иноземцев и от их исчадий: "первых исчадий" - русских изменников, "шаббес-гоев", отрекшихся от обетов Крещения на верность Христу и Его избранному Уделу - Святой Руси; и "вторых исчадий" - денационализированного "русскоязычного" быдла...
(*) Некто Джон Фоли, составитель в общем-то исключительно поверхностной (изданной Guinness'ом) "Энциклопедии знаков и символов", тем не менее, сообщает о драконе вот что: "в Китае это существо, имеющее наибольшую спиритуальную силу, символ жизни и света; эмблемой китайской императорской семьи является золотой дракон. По восточным гороскопам дракон является самым счастливым знаком. В 1988 году, году Дракона, китайские родители игнорировали закон, предписывающий давать близнецам разные имена, и называли их сыновьями дракона".
(**) Не случайно столь тщательный испытатель "признаков Антихриста", как Сергий Александрович Нилус посчитал необходимым включить в свой opus magnum - "Близ есть при дверех", специальный очерк о Китае и китайцах. Выводы, сделанные им, вполне однозначны - "Китай, этот стыд земного шара, был и есть вход в ад".
"Нам кажется,- пишет он рядом,- что злой дух обрёл в Китае, с первых времён, народ, мгновенно ставший на его сторону в делании зла, ибо народ этот во все времена под внешностью утончённой цивилизации скрывал свойства ещё более тонкого дикаря: стоило только Сатане явиться этому подлому, лицемерному и жестокому народу, чтобы тут же и быть им обоготворённым..." И далее: "У Китайцев всё во вкусе специфически сатанинском: повсюду зубчатое, двурогое; всюду - когти и хвосты диавола (...) А сам Китаец? Под рукавами его одежды как бы обрисовываются когти, а голове украшением служит хвост. У этого народа сатанизм выставляется как бы напоказ с особой демонстративностью". "Таков Китай ..., таковы Китайцы" - заключает С.Нилус свой этнографически-демонологический очерк.
Любопытно сопоставить с выводами автора "Близ есть..." едва ли не первое впечатление от китайцев православного Русского человека, а именно графа Саввы Рагузинского, Русского посла в Китае, в 1727 году написавшего: "китайцы народ малодушный, как жиды (выделено нами - Р. Б.), воистину никакого резона человеческого не имеют кроме трусости". Православным, полагаем, излишне напоминать об эсхатологической роли, которую призваны сыграть жиды. Но ежели китайцы - "как жиды":- то не Гог ли с Магогом пред нами?
Ихэтуане-"боксёры" смотрели на себя как на "воинство небесное", призванное очистить родную землю от чужой и чуждой "скверны". Наше Небо не ихнее "небо", и наше Горнее Воинство не ихнее "воинство". Но наш Путь, путь тех, чья Честь - Верность, - тоже Восстание. Восстание за поруганную Традицию, за восстановление Границы, Русской "китайской стены", Вечного Предела окрест "стана святых и града возлюбленного" (Откр. 20, 8). До сего дня не сняты с "повестки дня" слова Главы Младороссов А.Казем-Бека (***), будившего в далёком 1930 году заскорузлую совесть своих "измалодушествовавшихся" соотечественников:
(***) Правота сих слов сохраняется безотносительно всех действительных или мнимых "прегрешений" самого А. Л.Казем-Бека.
"Россия - на краю гибели, господа. Вы понимаете, что это значит? Забудьте, что вы в Париже. Ваши интересы, ваши заботы, ваши новые привычки - ничто. Вся ваша жизнь не стоит выеденного яйца. У вас нет никаких прав. У вас есть только долг. Этот долг вы должны исполнить. Вы должны принять посильное, и даже не посильное, а черезсильное участие в борьбе за Русское будущее. Иначе вас ждёт национальное проклятие".
К тем же, кто решится исполнить свой долг, обратим утешительные слова Апостола: "Что убо речем к сим; Аще Бог по нас, кто на ны" (Рим. 8, 31) "Кто поемлет на избранныя Божия; Бог оправдаяй" (Рим. 8, 33) "Бог же мира да сокрушит сатану под ноги ваша вскоре" (Рим. 16, 20).
Так что "побеждаяй наследит вся" (Откр. 21, 7). Наше дело крайне Правое - Победа должна быть за нами.
