Царскiй опричникъ № 6 (1999)
АРХИВ НАШЕЙ БОРЬБЫА. Дуров
Дальний ВостокЕсли 1914-й год оправдал, ходячее мнение о Балканах, как о пороховом погребе Европы, то 1931-й год, быть может, оправдает слова одного современного политического деятеля, назвавшего Дальний Восток и побережье Тихого Океана "пороховым погребом вселенной".
Разразившийся, как всегда "внезапно" для непосвящённых японо-китайский конфликт, выходит, разумеется, далеко из рамок событий дальне-восточного местного значения.
Выступление японцев в Манчжурии и борьба вокруг Шанхая являются лишь прологом к событиям, неизбежность которых была очевидна уже десять лет тому назад, когда за зелёным сукном Вашингтонской конференции, учтиво друг другу улыбавшиеся американская и японская делегации, согласились на самом деле лишь на одном: хранить каждая про себя, затаённые свои мысли и планы, чтобы цветистым красноречием, видимостью взаимных уступок и взаимными уверениями в миролюбии, закрепить попросту статус кво в Тихом Океане на известное число лет, причём, для каждой стороны было, разумеется ясно, что этот статус кво отнюдь не разрешает пресловутую тихоокеанскую проблему, а является лишь трамплином для нового разбега, подготовкой к решительному часу гигантского столкновения между страной Восходящего Солнца и великой Заатлантической Республикой.
В нашу задачу не входит, однако, шаблонная трактовка тихоокеанской проблемы, достаточно освещённой знатоками международной политики, присяжными экономистами и мiровой бульварной прессой.
Не подлежит, разумеется оспариванию Force Majeure экономического фактора, предопределяющего динамику обоих конкурирующих между собой "империализмов", но в то время как один из них носит в себе черты органической, жизненно-необходимой демографической экспансии, задыхающегося на тесных островах 60-ти миллионного плодовитого народа, другой, американский, при всей внешней "демократической благообразности" своей, являет собою черты империализма хищнического, неоправдываемого непосредственными потребностями американской нации, ибо, разумеется, американские торговые интересы в Китае, какими значительными бы они не были, не являются для Америки вопросом жизни или смерти, какими являются они, без сомнения, для Японии.
Это - в качестве общей предпосылки нашего отношения и нашей точки зрения на развернувшиеся события на Дальнем Востоке.
Но перед нами, русскими националистами, живущими мыслью и надеждой на возобновление активной борьбы за освобождение нашей Родины, начавшаяся в Манчжурии и в Китае "завируха", ставит проблему национально-русского значения, а именно, оставаться ли нам нейтральными зрителями, чтобы, умыв руки, ждать дальше у моря погоды, не вмешиваясь в возможный конфликт между "проклятым" японским империализмом и советской властью, путь на который зовут нас тайно и явно, симпатизирующие, родственной большевизму, китайской анархии, перекрасившиеся внезапно в патриотические цвета, зарубежные наши капитал-демократы или же постараться использовать сложившуюся обстановку, с выгодой для русского дела, путём заключения если не союза (на что российская эмиграция не имеет, разумеется, ни формального права, ни фактической возможности), то сговора активной части национальной эмиграции, с нуждающейся в союзниках Японией, на предмет образования национальной русской территориальной ячейки (в виде ли буферного государства или в другой форме) - плацдарма национального освободительного движения.
В выборе этих двух путей, мы, разумеется, не колеблемся ни минуты. Будучи стопроцентными националистами, мы считаем, с русской точки зрения, пораженцами всех тех, кто явно или в скрытой, замаскированной форме призывает к нейтралитету, в назревающем конфликте между Красной сатрапией и Японией, не говоря уже о тех, кто открыто призывает к поддержке советской власти в этом конфликте, под флагом защиты русских интересов и русской территории.
И эта наша "ориентация" не только не противоречит нашей национал-революционной идеологии, но всецело её оправдывает, ибо не японский империализм страшен Национальной России, а империализм той силы, что стоит за третьим Интернационалом, с исполнительным органом, правящей головкой в красном Кремле, но мозг и главная штаб-квартира которой находятся на Уолл-стрит в Нью-Йорке, силы посягающей не на часть территории, а на все русские земли и всё достояние Российской Империи.
Вот почему мы, русские националисты, никогда не будем ориентироваться на стоящих за китайской анархией "американцев", а будем ориентироваться на Россию, считая нашими союзниками тех, чьи интересы в борьбе с красно-золотым интернационалом совпадают с нашими.
("Имперская Мысль", Париж, 1932)
