Царскiй опричникъ № 14
ОККУЛЬТНЫЙ СОВДЕП
ОТ РЕДАКЦИИ:
Среди идеологических поветрий, бытующих в среде современных "православных" патриотов, едва ли не самым неприглядным, полагаем, надобно считать реанимацию "на новом этапе" идеологии и практики "красной церкви". Примечательно, что темы, в большинстве своём отставленные в сторону, так сказать, "официально-государственным" Агитпропом (типа якобы "великой победы" в "великой отечественной войне" 1941-45 гг.), ныне рьяно муссируются недавно народившимся Агитпропом "православно"-патриотическим. В этом ряду стоят и получившая скандальную известность "доктрина" "православного сталинизма", и насаждение наряду с "культом Сталина" в околоправославной среде "культа Жукова"; уже обросшего безчисленным количеством текстов, носящих столь же лживый, сколь и апологетический (и даже "агиологический") характер. Чего стоит растиражированная байка о том, что оного Жукова-де "благословил" на "ратные свершения" оптинский старец Нектарий. Чтобы оценить в полной мере всю безстыдность сей придумки надобно знать, сколь гнушался прп. Нектарий, как он сам любил говорить, "красных архиереев". Неужто ж, к "красному маршалу" следует относится с пиететом большим, чем к такому же "красному", но "архиерею"?- Вопрос риторический...
В одном ряду с подобными неподобными явлениями стоит и получивший значительную пропагандистскую раскрутку своего рода "православный антифашизм", под коим надлежит понимать трактовку Второй мiровой войны как некоей битвы "сил света" с "силами мрака". Под "силами света" таковые "православные" антифашисты понимают Красную Армию, сражавшуюся, как известно, под знаком пентаграммы, а под "силами мрака" - германскую армию и её европейских и русских союзников, сражавшихся под знаком Креста. Этому сопутствуют столь же трескучие, сколь и недостоверные разглагольствования об "оккультном рейхе", "оккультном нацизме", "сатанизме" и т.под. (достаточно сказать, что в качестве "документальной базы" для своих экзерсисов на темы об "оккульном фашизме" сии советолюбивые "православные" используют источники вопиющие по недостоверности; и главным образом, что примечательно, еврейской фабрикации - типа пресловутого "Утра магов" "исследователей"-жидов Повельса с Бержье).
Но даже, ежели предположить, что Германский Рейх действительно был "оккультным",- что с того Русским православным? Ведь весь ущерб от столкновения СССР и Германии был причинён на "материальном" плане:- потери в "живой силе" и технике, уничтожение промышленных объектов, населённых пунктов и т.п. Ни на "ментальном", ни на "астральном" плане Руси предполагаемый "оккультизм" германских нацистов никак не отразился. В то время как Совдеп, имевший действительно явные оккультные корни (исследованием которых почему-то пренебрегают "православные" патриоты), пришёл (не вернее ли сказать - был накликан) на Русскую землю как раз-таки по Русскую душу.
Для настоящих православных и настоящих русских все эти вещи должны быть безспорны. Собственно говоря, и пастыри и пасомые Русской Церкви, не пошедшие в услужение "красному дракону" (Апок. 12, 3), именно так всегда и понимали дело. Это отношение истинно-православных к коммунистической сатанократии обобщил, к примеру, в 1925 году архиепископ Харбинский Мефодий, написавший: "...страшная година6 переживаемая ныне Российскою Церковью, не есть ли предвестие грядущей последней "годины искушения, хотящия приити на всю вселенную искусити живущия на земли" (Апок. 3, 10). Власть, поднявшая красное знамя на борьбу со Христом, обагрившая себя мученическою кровию пастырей и верующих чад Российской Церкви, не есть ли предтеча той исполненной хулы и вражды на Бога грядущей власти, которую видел святой Тайнозритель: "и видех жену седящу на звере червлене, исполненем имен хульных" (Апок. 17, 3); "и видех жену пияну кровьми святых и кровьми свидетелей Иисусовых" (17, 6). Эта власть, поднявшая красное знамя на борьбу со Христом и Его Церковию, не есть ли предтеча той грядущей власти, которую святой Тайнозритель видел в образе Великого Красного дракона, хотевшего поглотить и истребить верующих чад Святой Христовой Церкви: "и явися ино знамение на небеси; и се, змий велик чермен... и змий стояше пред женою хотящею родити, да, егда родит, снесть чадо ея" (Апок. 12, 3-4)".
Поэтому, в происходящей ныне якобы схватке "ельцинского режима" (теперь уже - "пост-ельцинского") и "народно-патриотической оппозиции", истинно-русские люди должны готовиться сыграть роль "третьей силы", которая упразднит первые две. Не имеет никакого национально- и религиозно-оправданного смысла "ставить" ни на "красных", ни на "жёлтых" (или же "голубых"). Надобно ставить на "чёрных" и на "коричневых"...
Предпринимаемая же нами публикация в рубрике "оккультный Совдеп" некоторых исторических и иных материалов имеет характер научно-просветительский - показать хотя бы в общих чертах "откуда есть пошла" Сов. Власть, какие демонические культы свили себе гнёзда под "крышей" жидо-большевицкой Триэсерии.
Фёдор Лишний
Родина-матрёшка
Оккультный секрет "праздника Победы"В ХХ веке произошло два события, кардинально повлиявших на историю человечества, и оба они связаны с Россией. Отношением к ним можно мерять всё, ибо они создали новый мiр, в котором мы сейчас существуем. Это Великая революция 1917 года и Вторая Мiровая война. Если в первом случае Православная церковь в России продемонстрировала свою полную несостоятельность адекватно отреагировать на убийство Царя и истребление Русского народа, то во втором - заняла позицию, рассмотрение которой вообще ставит под сомнение какое-либо другое, кроме отрицательного, отношение РПЦ к Христианству как таковому.
Коалиция, одержавшая победу во II Мiровой войне навязала свой диктат слишком многим странам, чтобы вызывать хоть малейшие симпатии. Сейчас её вроде бы нет: США обогнали прочих, Европа двинулась своим путём, а расширивший было сферу влияния СССР позорно развалился. Что же объединило эти силы в 1941-1945 гг. и продолжает связывать их руководителей до сих пор? Почему снова и снова утверждают они своё единство на московских парадах (вспомним прошлогодний юбилей)?
Тогда, 50 лет назад, планета могла убедиться, где проходит истинный, а не мнимый демаркационный раздел между её населением. Все эти страны были одержимы одним желанием - поскорее уничтожить Германию, открыто дерзнувшую отстаивать традиционную цивилизацию,- кровь, веру, землю,- одним словом то, что всегда препятствовало глобальной унификации, так необходимой мiровому правительству. Народам России в этом уничтожении была уготована совершенно особая, я бы сказал, парадоксальная роль и до конца они её ещё не исчерпали.
Для выполнения этой миссии, плата за которую - миллионы человеческих жизней, требовалось религиозное воодушевление; запугиванием и вульгарной коммунистической пропагандой не добьёшься, чтобы матросовы кидались на доты, а карбышевы предпочитали смерть сотрудничеству с лучшими воен. спецами континента. И если этнически-однообразные газетные агитаторы смогли лишь затравленно прошипеть "убей его" (*), то руководство всплывшей из небытия Московской Патриархии приберегло кое-что более впечатляющее.
(*) Название знаменитого гуманистического стихотворения К.Симонова.
Пару слов о том, что представляла из себя РПЦ к тому моменту. Те, кто активно сопротивлялся большевикам в СССР, были давно схвачены и расстреляны. Те, кто сопротивлялся пассивно, либо погибли, либо гибли в безчисленных лагерях. Те, кто хотел жить, а не служить, находились там же или готовились к отправке туда же. На свободе оставалось только четверо особо необходимых для Советской власти и надёжных во всех отношениях епископов, в том числе "Патриарший Местоблюститель" митрополит Сергий (Страгородский), успешно сгноивший всех несогласных с ним архиереев.
Что ожидало эту компанию, появись Гитлер в Москве и вернись вместе с ним карловацкий епископат и священство, казачьи урядники и белая офицерская кость? То, что тысячи верующих, томящихся в неволе, получили бы свободу и прежние права - сомневаться не приходится. Открылись бы монастыри, храмы, пришлось бы отвечать за всю "правду о религии в России" (**), за каждое слово в защиту уголовного большевистского режима.
(**) Название, рассчитанной на западных читателей, книги, выпущенной советскими органами (Москва, 1942).
Наступление на СССР велось под знаком религиозной, священной войны, ибо всему мiру было доподлинно известно, что в этой стране рискнули объявить войну Самому Христу. Вот только встать на Его защиту никто так и не собрался: ни любвеобильный римский папа, ни оплот либерализма и демократии США, ни умудрённая Англия, ни революционная Франция. Единственной силой, кому была не безразлична честь Арийского Бога, оказалась Германия.
Не питая иллюзий по поводу верности РПЦ Христовым заветам, Гитлер признавал за ней право традиционной для России религиозной организации и ничем не препятствовал открытию приходов на отвоёванной у Советов земле. К началу войны в стране числилось 16297 недействующих храмов: 2953 пустовали, а 13344 использовались под хозяйственные нужды. РПЦ имела действующими 3021, причём 3000 из них находились на территориях, оккупированных СССР накануне войны. За её годы на завоёванном немцами пространстве было открыто 7547 храмов - то есть около половины от их общего количества. Здесь, свободная от кровавой опеки большевиков, восстанавливалась нормальная жизнь и возвращение к партийно-НКВДшному раю вряд ли кого-то всерьёз смогло бы вдохновить.
Церковные деятели прекрасно оценили сложившуюся конъюнктуру. Сразу же после начала войны митр. Сергий обратился к пастве с воззванием, где содержались потрясающе-новые для советской пропаганды формулировки. Эффект, произведённый ими, был настолько силен, что уже 3 июля, оправившись после двухнедельного шока, Сталин буквально процитировал некоторые в первой публичной речи перед народом (той самой, где вместо "товарищей" - "братья и сестры"), а немцы жестоко карали всех, у кого находили воззвание Московской Патриархии. Что же писали те, о ком, слегка юродствуя, пророчествовал ещё Нектарий Оптинский: "Ой, боюсь красных архиереев!"?
"РОДИНА наша в опасности,- бил в набат митр. Сергий,- и ОНА созывает нас: все на защиту РОДНОЙ ЗЕМЛИ, ЕЁ исторических святынь, ЕЁ независимости от чужеземного порабощения. Позор всякому, кто останется равнодушным к такому призыву... Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей Родины" (***). Как отмечает автор специальной монографии В.Якунин, "слова Первосвятителя шли навстречу самым святым чувствам православных христиан, ВСЕГДА УБЕЖДЁННЫХ В ТОМ, ЧТО ЗАЩИЩАТЬ РОДИНУ, УМЕРЕТЬ ЗА НЕЁ - ЭТО ВЫСШИЙ ХРИСТИАНСКИЙ ПОДВИГ" (выделено Ф. Л.). Другие архипастыри также выступали "с пламенными проповедями и обращениями, призывающими к патриотическому СЛУЖЕНИЮ СВОЕЙ РОДИНЕ": "Церковь неумолчно зовёт к защите Матери-Родины"; "долг христианина перед Церковью и Родиной"; "стояние за Родину" (митр. Алексий Симанский, Николай Ярушевич).
(***) Поздно, конечно, но всё-таки интересно: на какой момент эти границы митр. Сергий считал "священными"?
Если в 1920-30-е годы РПЦ обращалась к "нашему народу", "верным гражданам Советского Союза", то теперь, исключительно к "русскому народу", "русским", которых благословляет на "великий подвиг" победить "варваров-немцев", оказывается "топчущих ногами святое Евангелие, вторично распинающих Христа". Ни в тихоновский, ни в более поздние периоды, истреблявшие верующих десятками тысяч, совершавшие мерзкие и наглые святотатства, относившиеся к Православию и пресловутому русккому патриотизму с животной ненавистью троцкие-губельманы не удостаивались от Патриархии столь продолжительных и громогласных проклятий, как белокурые парни, откровенно не любившие как раз тех, кто действительно топтал ногами Евангелие и распинал Россию - коммунистов и жидов. По указанию Сталина меняется название патриаршего чина: вместо "всея России" он делается "всея Руси". На щит поднимаются имена национальных героев - Александра Невского, Димитрия Донского, Суворова, Ушакова...
Официальный агитпроп мгновенно подхватывает и распространяет эти начинания: снимается известный фильм Эйзенштейна - "Вставайте, люди РУССКИЕ!" и т.д. и т.п. Цивилизованному мiру демонстрируется трогательное единодушие Патриархии и Кремля. Так, советскую хронику, посвящённую победе Красной Армии над нацистскими войсками под Москвой в декабре 1941 года, открывает звон колоколов всех московских церквей и крестный ход, возглавляемый православным духовенством в полном облачении с высоко поднятыми крестами, призывающими людей на битву с врагом.
Итак, именно РУССКИЕ, а не СОВЕТСКИЕ люди должны победить крестоносную Германию. Но вот проблема: по условиям игры, ни о каком, даже чисто внешнем, христианском культе в Красной Армии не может вестись речи. И тогда Патриархия совершает своё самое гнусное злодеяние, перед которым меркнет печально знаменитая Декларация 1927 г. Она вводит и освящает своим авторитетом НОВЫЙ КУЛЬТ, который и правда уже не имеет никакого истока в Православии и даже в "арийском язычестве", так всеми нелюбимом. "Широкая разработка вопроса о сущности патриотического служения русского церковного общества своему Отечеству", приписываемая митр. Сергию его современными почитателями не фикция. Соединение богословия и абсолютно немыслимого в нём понятия "Родина" - именно его заслуга.
Как же так?- спросит читатель, ведь любовь к своему Отечеству всегда соединялась с Христианством. К Отечеству - да, но не к "Родине", пишемой с заглавной буквы. Такого понятия, как Родина не знало ни византийское, ни древнерусское, ни имперско-российское богословие. Любовь к России не требовала абстрагирования, т.к. всегда укладывалась в чеканный девиз: "За Веру, Царя и Отечество". Причём Отцом Отечества - Pater Patriae - мыслился всегда Державный Хозяин Русской Земли. Родина в таком контексте просто не нужна. Она становится нужной, когда Бог оставлен и возвращаться к Нему не хотят, когда Царь убит и мстить никто не собирается, когда Отечество расхищается и с этим все согласны.
В православной традиции есть место и любви к родной земле, и к жене, и к матери. Эта любовь - которая может быть трепетной и нежной, за которую в суровую годину можно и должно проливать кровь,- имеет своим первообразом любовь Христа к Богородице, а затем - к Невесте-Церкви. Но Христос - Господин. Он владеет Невестой и защищает её, потому, что она принадлежит Ему. Так же как земля принадлежит человеку и он её владелец. Но в Советском государстве людям не принадлежало ничего - ни земля, ни их труд, ни даже собственная жизнь. Защиты чего, тогда "неумолчно" требовала РПЦ? Что реально стояло за поклонением "Родине-Матери", которой после Победы были воздвигнуты святилища во всех "городах-героях" с "вечным огнём", подавляющими своей величиной монументами, в которых народ мог воочию лицезреть Ту, кому все эти годы адресовались его мольбы и упования, за которую жертвовались миллионы жизней?
Измена Родине во все годы советчины считалась самым страшным грехом. Человек мог своровать, убить, тем более отречься от Бога (что только приветствовалось)... Но вот "предать Родину", "изменить" ей - да такого и человеком-то в глазах советской общественности старались не называть. Измена Родине расценивалась не просто как смертный - как запредельный грех - "государственное преступление". Такому патриотизму взахлёб аплодировали союзники СССР, ему умилялись до слёз противники Германии всех мастей: "...Ваша доблестная защита каждой пяди драгоценной земли вашей Родины, безпощадное предание её огню, когда вы временно вынуждены отойти,- всё это придаёт нам новые силы и окрыляет новой надеждой порабощённые народы во всём мiре",- писал кавалер ордена Трудового Красного знамени и настоятель Кентерберийского собора д-р Хьюлетт Джонсон.
В вопросе государственной измены церковное проклятие дополняло большевистское законодательство. - "Протоиерей Александр Романушко участвовал в боевых операциях, ходил в разведку, был в полном смысле ПАРТИЗАНСКИМ священником (****). Однажды он пошёл на такой смелый шаг летом 1943 года. Родственники убитого партизанами полицая попросили о.Александра отпеть покойника. На кладбище пришло много народа, была выставлена полицейская вооружённая охрана. Все приготовились слушать отпевание. О.Александр, надев на себя епитрахиль и ризу, отошёл в сторону и глубоко задумался. А потом совершенно неожиданно начал: "Братья и сестры, я понимаю большое горе матери и отца убитого, но не наших молитв и "Со святыми упокой" своею жизнью заслужил во гробе предлежащий. Он - изменник Родины и убийца невинных детей и стариков. Вместо "Вечной памяти" произнесём же "Анафема". Люди стояли как громом поражённые... Эти простые слова пронзили сердца людей. Они говорили: "Если священники взялись за оружие, так и нам Бог велит идти в партизаны" (Якунин В. "За веру и отечество"). Пособничество врагам СССР расценивалось Патриархией как "полная измена и самому христианству". Собор епископов 1943 г. постановил6 что "всякий виновный в измене общецерковному делу и перешедший на сторону фашизма, как противник Креста Господня (!), да числится отлучённым, а епископ или клирик - лишённым сана".
(****) Но вряд ли ПРАВОСЛАВНЫМ. Ношение, тем более использование оружия для иерея совершенно исключено в Православии.
И наоборот. Защищающие "правду" - "совершают подвиг и, приемля раны и страдания и полагая жизнь свою за единокровных своих, за Родину, ИДУТ ВСЛЕД МУЧЕНИКОВ". Писалось и пишется, что "патриотический порыв" объединил весь народ: и верующих, и неверующих. Но почему-то забывают, что быть неверующим тогда значило быть богоотступником; следовательно, глубинная причина действий у христиан и атеистов должна бы различаться. Однако никакого существенного различия между ними не было, что всячески демонстрируется в наши дни, когда происходят помпезные панихиды РПЦ в местах массовых захоронений бойцов Красной Армии. Не страх Божий руководил "мучениками за Родину", а всё тот же, недостойный человека, ужас государственной измены, ужас оказаться вне привычного социума, где все равны и все рабы...
Неоязыческий культ Родины-Матери, его корни в религиозном сознании, история и современные проявления должны в самое ближайшее время стать предметом скрупулёзного анализа, потому что именно он является одним из основных рычагов манипулирования покорной массой, которая ныне получила определение "российского народа".
"Эра России", № 18, 1996
